|  
40K Followers
  |   |  
Krestsy Une

Крестецкая строчка: как бизнесмен народный промысел спас

Льняные салфетки и скатерти с ажурной вышивкой из Новгородской области известны ещё с 1860-годов, однако в начале XXI века этот уникальный промысел практически перестал существовать и мог бы исчезнуть, если бы в 2015 году местный бизнесмен Антон Георгиев не приобрёл фабрику Крестецкой строчки и не смог восстановить производство на ней. Le Courrier de Russie узнал, как ему это удалось.

Krestsy 4
Антон Георгиев у здания фабрики «Крестецкая строчка». Фото: Русина Шихатова / LCDR

Крестцы – посёлок в 85 километрах от Великого Новгорода, где живут около 8 000 жителей. Здесь, среди цветущих лугов, в небольшом обветшалом здании прямо на берегу реки Холова находятся ателье фабрики «Крестецкая строчка», где делают льняные скатерти и салфетки с затейливой ажурной вышивкой. В советские времена здесь трудились около 600 человек, сейчас – меньше 100, но тем не менее фабрика является одним из градообразующих предприятий: другой работы в окрестностях немного.

 «Мы производить умеем, продавать умеем – должны справиться и с этим»

Krestsy 6
Салфетка с крестецкой вышивкой. Фото: Русина Шихатова / LCDR

Нынешний владелец фабрики 47-летний Антон Георгиев родился и вырос в Новгороде, но очень долго о главном промысле своего региона ничего не знал. «В начале 90-х к моему отцу приехали иностранные гости, шведы с Аландских островов, и попросили отвезти их в Крестцы – там они закупали текстиль для своих гостевых домиков: скатерти, занавески, постельное бельё. Тогда я впервые побывал на фабрике, увидел, как здесь всё работало и у меня это в памяти отложилось», вспоминает он.

Вскоре после этого Антон уехал учиться в Петербург – получил диплом учителя физкультуры, правда, по профессии никогда не работал, начал заниматься бизнесом. Сначала он продавал шоколад оптом, но во время дефолта в 1998 году, как он сам вспоминает, всё импортное прекратило пользоваться спросом, и тогда молодой бизнесмен занялся производством мёда. Сейчас у него самое крупное в России медовое предприятие, компания «Медовый дом», которая производит почти 5 тысяч тонн мёда в год, и 120 сотрудников в Новгородской области.

К середине 2000-х фабрика вышивки в посёлке Крестцы поменяла нескольких хозяев и в итоге оказалась банкротом. В тот самый момент Антон Георгиев стал задумываться о том, чтобы заняться чем-то значимым для своей родной области, и выяснил, что фабрика «Крестецкая строчка» – это единственное сохранившееся в регионе предприятие народного художественного промысла. «Я узнал из новостей, что фабрика обанкротилась и подумал – мы производить умеем, продавать умеем – должны справиться и с этим».

Когда Антон Георгиев приобрёл фабрику в ноябре 2015 года (сумма сделки не разглашается), на ней работали всего около десяти человек, включая сторожа. Здесь шили спецодежду для работников автозаправок, а мастериц художественной вышивки осталось всего три.

«Мне было бы намного проще купить бренд, взять в аренду цех в Петербурге, обучить персонал, и производить там – но это уже не была бы Крестецкая строчка», считает бизнесмен. Поэтому первым делом он вложил 40 миллионов рублей в реконструкцию исторического здания фабрики середины XX века, и стал предлагать работу жителям посёлка. Получилось не сразу, но сейчас, почти два года спустя, в цехах мануфактуры трудятся уже 68 мастериц, а продукция «Крестецкой строчки» вновь востребована в России и за рубежом, несмотря на высокую стоимость. Небольшая салфетка с вышивкой по краям в магазине новгородских сувениров обойдётся в 2 тысячи рублей, а вот скатерть со сложным узором можно получить под заказ, выложив около 200 тысяч.

 «Работа у вышивальщиц напряжённая»

Krestsy 2
Крестецкая строчка — сложный и трудоёмкий процесс. Фото: Русина Шихатова / LCDR

Ручной труд мастериц расписан по часам. В 8 часов утра все сотрудницы уже на своих местах, и работа кипит. В ателье раскроя ощущается запах керосина: здесь ткань для будущих скатертей и салфеток сначала смазывают керосином и парафином, чтобы она была мягче, а нити легче скользили при выдёргивании. Здесь работают дёргальщицы – с помощью маленьких ножниц они быстрыми и чёткими движениями делают надрезы на ткани и выдёргивают нитки в строго определённых местах: нужно чётко рассчитать, за какую ниточку тянуть. Одно движение – и пучок ненужных нитей оказывается на полу. Так получается основа для будущей вышивки.

Сама технология производства выглядит так: берут льняную, хлопковую или шёлковую ткань, делают надрезы и выдёргивают некоторые нити, а получившиеся просветы обшивают нитками. Получаются разнообразные геометрически узоры.

Старший мастер, Татьяна Морозова, 47 лет, работает над вышивкой панно «Хоровод». Это будет точная копия работы, которая сейчас хранится в Русском музее в Петербурге – её восстанавливают по эскизу для коллекции будущего музея при фабрике. Последние десять лет Татьяна работала в торговле, а потом вернулась на фабрику, когда узнала, что там снова нужны мастерицы. «Ведь только здесь я могу творить», – говорит она.

Рядом 29-летняя Ольга Семёнова вышивает другое ажурное панно. «Сама я из Крестцов, раньше была домохозяйкой, но потом дети подросли, и я решила вновь начать работать», вспоминает она. Всего за три месяца Ольга научилась вышивать, хотя признаётся, что работа далась ей непросто. «Самое трудное – это когда нити полностью вырезаны, нужно быть внимательной и не ошибаться. Но у меня дома двое детей, поэтому в ателье я просто отдыхаю», – продолжает она, улыбаясь.

Из соседнего помещения доносится шум швейных машин: при помощи техники работа идёт значительно быстрее. Однако машины могут делать лишь самые простые строчки, а главные элементы вышивки делаются только вручную. «Чтобы изготовить скатерть или салфетку, нужно в среднем от месяца до полугода, – объясняет Галина Зеленоборская, заместитель директора фабрики. Вот одна салфетка – ручная полностью, на неё ушло 5 месяцев. Другая – сделана при помощи машины, её делали 3 месяца». Некоторым швейным машинкам уже по 30-50 лет, но они работают до сих пор.

В половине десятого на фабрике перерыв на чаепитие: мастерицы собираются за отдельным столом, где они могут отвлечься от вышивки и пообщаться друг с другом. «Работа у вышивальщиц напряжённая, каждые полтора часа необходимы перерывы», – поясняет Галина Зеленоборская. Зарплата у сотрудниц фабрики сдельная, в среднем каждая получает по 20 тысяч рублей в месяц, что на уровне региона весьма неплохо, а некурящим выплачивают дополнительную премию.

 «Заработать денег можно и на чём-то попроще»

Robes
В ателье фабрики «Крестецкая строчка». Фото: Русина Шихатова / LCDR

«Многие предприятия народных промыслов стремятся автоматизировать производство, но это не наш случай, Крестецкая строчка всегда была и будет ручным трудом », – считает Антон Георгиев. Сам он одет в белую льняную рубашку, вероятно, итальянского производства, и пока без вышивки. Но и мужские рубашки он на своей фабрике тоже планирует производить, ведь предприятию нужна прибыль. «Любой промысел умрёт, если он не будет бизнесом, – продолжает предприниматель. – Сегодня мы можем позволить себе содержать его, а завтра – может быть нет. Поэтому будем инвестировать в фабрику, развивать производство».

Каждую неделю Антон и его жена Александра, которая занимает пост арт-директора фабрики, садятся в машину и едут в Крестцы из Санкт-Петербурга, где они сейчас живут. «У нас четверо детей, а пятый – Крестецкая строчка», – с гордостью говорят они. Всего в развитие производства бизнесмен планирует вложить 300 миллионов рублей собственных и кредитных средств. Ему уже удалось полностью отремонтировать историческое кирпичное здание 1950-х годов и заменить часть устаревшего оборудования. Уже летом 2017 года производственные ателье должны переехать в обновлённое здание, при котором откроется музей крестецкого промысла.

Недавно бизнесмен смог и встретиться с Владимиром Путиным и рассказать ему о том, что программа государственных субсидий на поддержку народных промыслов в случае с его фабрикой не работает – нужна помощь со сбытом. Теперь он рассчитывает на то, что продукция фабрики «Крестецкая строчка» вскоре пополнит подарочные фонды президента России и госкомпаний, а за ними подтянутся и крупные частные покупатели.

На окупаемость Антон Георгиев планирует выйти всего через год. В его планах – сделать Крестцы частью туристического маршрута «Великий Новгород – Валдай», открыть в Новгороде гостиницу «Крестецкая строчка» и возродить воскресную школу, где старинному промыслу смогут обучаться дети.

Jiva
В 2016 году у Новгородской области появился собственный туристический бренд: Жива.Это и знак древней руны «Жива», и буква славянского алфавита Ж. В основу логотипа области легли узоры крестецкой строчки и орнамент декоративных украшений русских домов.Как отмечает создатель бренда Андрей Катаев, знак Ж настолько емкий и выразительный, что, вставленный в контекст фразы, придает ей особое значение, понятное лишь русскому человеку: «Жива Ж Земля Новгородская», «Мы Ж Новгородцы».

Rusina Shikhatova

Last News From Russia

Общество

Дикий корм: лес, где деликатес

«Всё детство, которое пришлось на 90-е годы, я ждал конца света и думал, что мне нужно будет взять с собой, когда он наступит»

2 июня 2017
Общество

Повелитель выборгской башни

18-летний Иван Першин самостоятельно починил старинные часы на городской средневековой башне Выборга и стал её официальным хранителем.

23 мая 2017
Общество

Самый старый дом России

В XVI Выборг был частью Швеции, и на территории современного города сохранилось несколько каменных зданий того времени.

23 мая 2017